Народный праздник в музее под открытым небом “Малые корелы”. Текст и фотографии: Родион Денисов.

Олени, ледоколы и духовные истоки — чем привлекают русские северные «курорты»

Олени, ледоколы и духовные истоки — чем привлекают русские северные «курорты»

Народный праздник в музее под открытым небом “Малые корелы”. Текст и фотографии: Родион Денисов.

Архангельск встретил морозцем, глубокими сугробами и гостеприимством. Это лишь со стороны люди Севера выглядят сурово. На самом деле тут гостей любят и готовы показать им самое лучшее, констатирует побывавший в Архангельской области эстонский журналист Родион Денисов.  

 «Очень надеюсь, у нас тебе понравится. Нам есть чем удивить», — говорит встречавший меня в аэропорту архангельский друг. И, правда, удивляться тут есть чему.

До первой поездки на Русский Север у меня было об этих краях довольно смутное представление. В моем воображении рисовалось что-то холодное и мрачное. В действительности, это оказалось не так.  

Первый русский порт

Архангельск – первый полноценный русский порт. Именно через него, до того как Пётр I прорубил «окно в Европу» на Балтийском море, осуществлялась морская торговля российского государства с Западной Европой. И, несмотря на то, что после обретения других портов Архангельск утратил свой уникальный статус, облик города по-прежнему отражает основательность и материальный достаток, привнесённые имперской морской историей.  

Архангельск стоит на Северной Двине и самое яркое впечатление о городе оставляет его величественная набережная, представляющая собой одновременно и одну из главных улиц. Тут расположены добротные купеческие усадьбы XVIII-XIX веков, бывшие склады, монастырские здания, церкви, образовательные учреждения и, конечно же, порт. А у одного из причалов стоит пароход-клуб со знаковым именем «Паратов».

Нумерация зданий здесь не следует общему правилу, когда чётные и нечётные номера домов располагаются на разных сторонах улицы, поскольку здесь почти все здания находятся на городской стороне набережной. Речная сторона набережной является левой по направлению возрастания номеров (которое совпадает с направлением течения Северной Двины), городская сторона – правой. Направление улицы вначале западное, затем она поворачивает на север и в конце – на северо-восток, охватывая весь центр Архангельска.

На ледоколы теперь берут и туристов.

Одной из проблем Архангельска в качестве порта в прошлые века было то, что он не был круглогодичным. В зимнее время Северную Двину и часть Белого моря сковывал лёд и навигация становилась невозможной. Лёд на Двине в зимние месяцы есть и сейчас, однако теперь он скорее помогает городу, нежели препятствует его развитию. Зимой и ранней весной посреди широкой реки ледоколы постоянно держат открытым свободным проход для торговых судов. В то же время остальной лёд остаётся нетронутым — он настолько крепок, что прямо по нему проложены пешеходные ледовые тропы для горожан с подсветкой во время полярной ночи или в тёмное время суток. Там, где ледоколы прокладывают канал, перекидываются специальные мостики, которые быстро убираются на то время, когда по каналу нужно пройти судну.

Смех и горе у Бела моря

Впрочем, Архангельск – это, конечно же, не только набережная. В центре сохранилось немало традиционных для Русского Севера деревянных зданий, которые, с одной стороны, сильно контрастируют с ультрасовременными бизнес-центрами, а с другой стороны, придают городу особый шарм.

В центре городскими властями организована традиционная пешеходная улица, призванная продемонстрировать «дух» старого Архангельска. Официально она называется проспектом Чумбарова-Лучинского, но местный народ её кличет просто Чумбаровкой. Почему организована? Потому что это особый регенерационный проект. Около тридцати лет назад по фотографиям и чертежам здесь начали воссоздавать старые деревянные дома, разбросанные по самым разным уголкам города. Таким образом, многие архангельские дома получили своеобразную «реинкарнацию». И получилось весьма неплохо. Притом внимание прохожих привлекает тут не только архитектура, но и расставленные вдоль всего проспекта бронзовые фигуры местных знаменитостей и героев архангельских сказок.

Возможно, некоторые помнят замечательный мультипликационный альманах «Смех и горе у Бела моря», снятый по произведениям архангельских писателей-сказочников Степана Григорьевича Писахова и Бориса Викторовича Шергина. Так вот на Чумбаровке можно встретить скульптуры и самих сказочников, и героев их сказок. А также просто тематические, например, памятник русским женам-берегиням семейного очага.

Храм на Кий-острове.

Мир северной деревни

Но в северную сказку русского деревянного зодчества можно погрузиться не только в самом Архангельске. Каждый интересующийся историей этой земли турист непременно должен побывать в расположенном в 25 км от города музее под открытым небом «Малые Корелы».

Малые Корелы — не просто музей. Это удивительный мир северной деревни. В экспозиции находятся около ста гражданских, общественных и церковных построек, самые ранние из которых датируются XVI веком. Среди экспонатов – крестьянские, купеческие избы, амбары, колодцы, изгороди, ветряные мельницы, баня.

За штурвалом ледокола

Ледоколы – неотрывная часть жизни Архангельска. В зимнее время они ни дня не стоят на месте,  прокладывая путь торговым судам по Северной Двине и близлежащему Белому морю. Для меня, как вероятно и для некоторых других родившихся в советское время людей, в самом слове «ледокол» содержится что-то героическое, к чему хочется хоть ненадолго прикоснуться. А уж попасть на настоящий ледокол – было пределом мечтаний почти любого советского мальчишки. И вот теперь это стало реальностью – кают-кампания, машинное отделение и святая-святых – капитанский мостик!

Впрочем, это теперь все это может увидеть в Архангельске каждый. И не просто побывать на ледоколе с экскурсией, но при желании даже отправиться на нём на несколько дней в рейс.

«Путешествие к Северному полюсу стоит дорого, однако быть записанным в экипаж настоящего действующего ледокола, питаться на камбузе вместе с моряками и участвовать в проводке судов по Северной Двине и Белому морю, являющемуся частью Северного Ледовитого океана, вполне бюджетно и представляет собой незабываемое приключение», — рассказывает директор организующий рейсы на ледоколах туристической компании Pomor-Tour Сергей Никулин. По его словам, если раньше его компании удавалось организовывать рейсы лишь для отдельных туристов, то теперь с изменением законодательства начинается формирование целых групп. «Заинтересованных уже сейчас много, но мы будем рады гостям со всего мира», — приглашает Никулин.

Духовные истоки

Но Архангельск с его портом, современным аэропортом, промышленностью, музеями, качественными ресторанами и развесёлыми ночными клубами – это всего лишь одна из частей северной жизни. Духовные истоки местной культуры, оказавшие огромное влияние на формирование самосознания всей русской нации, имеет смысл поискать всё-таки вдали от него. Именно поэтому наш путь лежал в дальние деревни Архангельской области, расположенные на берегах реки Онеги и районе ее впадения в Белое море.  

О поселении в устье реки Онеги впервые упоминает устав Новгородского князя Святослава в 1137 году. До прихода новгородских насельников край был заселён угро-финскими племенами под собирательным названием «чудь белоглазая». В новгородских географических картах на месте города Онеги значилось поселение «Погост у моря». Затем это место обрело название Усть-Онега, а все деревни по реке Онеге вплоть до Каргополя по грамоте царя Алексея Михайловича были приписаны к новому, созданному патриархом Никоном Кийскому Крестному монастырю. В 1780 году императрица Екатерина II повелела называть поморское поселение в устье реки Онеги городом Онегъ.

Олень для коренных народов Севера и еда, и одежда, и средство передвижения.

Ненецкие «Волки и Олени»

«Так ведь тундры – наш дом. И наш, и оленей», – говорит глава ненецкого стойбища Александр, к которому мы заехали «на огонёк», чтобы познакомиться с культурой коренных народов Севера.

К слову, Ненецкий автономный округ входит в состав Архангельской области, являясь одновременно субъектом Российской Федерации и составной частью области.

«Вообще, для ненца олень – это всё – и еда, и одежда, и средство передвижения. Именно поэтому до сих пор нам разрешено охотится на угрожающих стаду бурых медведей, не получая для этого общих охотничьих лицензий», – рассказывает Александр.

По словам потомственного оленевода, хоть многие ненцы в советское время и уехали с родных земель, оставшиеся всеми силами пытаются сохранить язык и культуру своего народа. Раньше ненцы были объединены в оленеводческие совхозы, а теперь содержат небольшие фермы, либо развивают на базе своих поселений туристические объекты.

«В советское время я был богатым человеком, – хвастается Александр. – За сезон столько сдавал государству оленины и шкур, что мог купить две «Волги». После крушения Союза пришлось переориентироваться. Теперь вот принимаю туристов со всего мира, рассказываю им о нашем народе, обычаях, катаю на оленьих упряжках. Да ещё сувениры-амулеты мастерю».

Подходит оленевод Александр к своему новому промыслу с любовью и выдумкой. И сказку ненецкую расскажет, и блюдами народной кухни угостит, и общаться с духами и идолами ненецкими научит – какие изгоняют хвори, какие способствуют богатству, а какие помогают в путешествиях. Ну а потом непременно отводит гостей к оленям – каждый может их погладить и покормить – тут их сотни. А затем ещё покатает на оленей упряжке по бескрайней тундре! Только снег столбом!

Обучают в ненецкой деревне и народным играм. Например, игре «Волки-Олени». Люди делятся на  равные группы, двоим самым сильным из них даётся палка, и группы пытаются перетянуть друг друга через отмеченную на снегу черту. Кто перетянет – Волк, кто проиграет – Олень. А потом группы играют в заполярный футбол. Мячик тут сделан из оленей шкуры и его необязательно пинать ногами. Главное, чтобы он в результате очутился промеж двух ёлок. Можно закинуть его руками, можно забить ногами, а можно внести в «ворота» прямо вместе с «футболистом» противоположной команды. Радости такое развлечение доставляет вагон, точнее целую оленью упряжку!    

Искупаться в Северном Ледовитом!

Как уже упоминалось, до начала XVIII века Белое море для России было единственным «окном» в Западную Европу и порт Онеги был важным звеном  торгового пути Астрахань-Москва-Архангельск.

Порт в Онеге работает и сейчас. А ещё сюда круглый год приезжают многочисленные любители охоты, рыбалки и горнолыжного спорта. Леса вокруг густые, об онежской рыбалке складываются легенды. А летом в Белом море даже… купаются. Несмотря на то, что Белое море – часть Северного Ледовитого океана, около Онеги побережье довольно мелкое, а потому летом вода там прогревается до 20 градусов и выше. Ну чем не курорт?

Родина Царевны Морошки

Предприниматель Алексей Степанов имеет дело с туристами каждый день – у него тут два мини-отеля, внедорожник, снегоход, набор водного транспорта. «Вот недавно прикупил заброшенный купеческий дом, чтобы восстановить его и создать в нём для детей Царство царевны Морошки. Бренд «Онега – родина морошки» был придуман группой творческих работников в 2015 году. Тогда же появился визуальный образ этого бренда – Царевна Морошка. 

«Хочу, чтобы сюда приезжали дети со всей области, будем проводить мероприятия. Уже некоторые расписные предметы для царства заказал у местных умельцев», — говорит Степанов. 

Общее дело

А ещё Степанов вместе с единомышленниками занимается восстановлением уникальных деревянных храмов.

Сам Степанов хвастаться не любит. Говорит, что просто помогает, чем может – куда-то за свой счёт доски подвезет, куда-то краску, где-то организует приём добровольцев, которые всё лето бесплатно восстанавливают в дальней деревне деревянную церковь XVII или XVIII века.

Кстати, о поморских деревнях. В Архангельской области их сотни. До некоторых из них добраться летом можно лишь по воде, а в холодное время – по зимнику. И во многих остались уникальные деревянные церкви, которые теперь местные жители пытаются восстановить всем миром. Назвали проект «Общее дело». Инициатором его стал в 2006 году 75-летний житель деревни Ворзогоры Александр Порфирьевич Слепинин, который на свои средства стал перекрывать крышу местной колокольни. Узнав о добром начинании, ему стали помогать прихожане московских храмов.

С храмом XVIII века в Ворзогорах связан поучительный случай. С приходом большевиков церковь решили превратить в амбар, а деревянные луковки куполов спилить. Долго не могли найти того, у кого поднимется рука на это. В результате один местный житель согласился. Однако после того как тот спилил два купола, у него дома возник пожар. Безбожник побежал спасать спрятанные  ценности и погиб в огне. Так и остались ещё три купола целыми. Сейчас идёт воссоздание церкви — спиленные купола восстановили по фотографиям и водрузили на место.    

Добровольцы проекта «Общее дело» расчищают завалы и убирают из храмов мусор, проводят противоаварийные и консервационные работы, устанавливают иконы и приглашают священнослужителей для совершения богослужения. За годы осуществления проекта на Севере России было проведено более 150 экспедиций, в ходе которых обследовано 320 храмов и часовен, в 112 из них проведены противоаварийные и консервационные работы. В одиннадцати храмах впервые за десятилетия были отслужены божественные литургии.   

Во время поездки мне удалось побывать в уникальных восстанавливаемых деревянных храмах в Ворзогорах, Подпорожье и деревне Большой Бор. А ещё Алексей Степанов отвёз на снегоходе по льду Онеги и Белого моря на расположенный в 15 км от Онеги Кий-остров, где стараниями добровольцев ведется восстановление церкви бывшего прославленного монастыря.

По следам Патриарха Никона

Кийский Крёстный монастырь был создан известным реформатором Русской православной церкви Патриархом Никоном. По преданию, Никон, попав в жестокий шторм и потеряв спутников, нашел спасение на Кий-острове. В память о своём чудесном спасении Никон основал тут монастырь – один из трёх монастырей, основанных по его личной инициативе и являвшихся опрлотом его власти и проводниками идей церковной реформы.

Из многочисленных монастырских построек до наших дней сохранились лишь Крестовоздвиженский собор, Надкладезная церковь с примыкающими к ней каменными кельями, двухъярусная церковь Рождества Богородицы с трапезной и келарской палатами, и примыкающими к ним колокольней и усыпальницей. В советское время тут располагался дом отдыха, а в здании главной церкви была столовая, танцплощадка и кинотеатр.

Входим в храм. Алексей Степанов кивает на сохранившуюся у двери надпись «Столовая». Внутри пусто, по углам стоят рядовые сиденья бывшего кинозала. «Представляете, какая акустика была тут, когда крутили патриотические фильмы», — грустно шутит Степанов.

Затем ведёт в нижнюю часть храма и показывает на огромный железный бак. «Под храмом есть колодец, мы поставили насос, который качает воду для нужд посетителей острова. Вообще на острове с водой трудно, а так вода прямо из-под храма, считай святая», —  говорит Алексей Степанов.   

Кстати, дом отдыха на острове в летнее время действует до сих пор. Пару лет назад тут даже открыли главную «магистраль» – Кийский Арбат. И таблички на домиках повесили соответствующие.

Неизведанный туризм

Для туриста Архангельская область – неизведанный край. Представители местной туриндустрии обещают, что при необходимости подберут потрясающий тур на любой вкус и кошелёк, на любом удобном языке. Это может быть рыбалка и охота в местах, куда не ведут обычные дороги и где почти не бывает людей; либо путешествие по дальним поморским деревням и деревянным церквям. А ещё зимние походы на ледоколах, снегоходах, собаках, оленях,  русская баня и многое другое. Ну, где ещё такое увидишь и испытаешь?! Притом всё это легко укладывается в весьма разумный отпускной бюджет. Добраться до Архангельска просто – из Петербурга и Москвы сюда ежедневно летают самолёты и ходят поезда. Русский Север ждёт вас!

Текст и фотографии: Родион Денисов.

Поделиться

Отправить


Результаты предыдущего опроса:
Сколько вы планируете потратить на подарки друзьям и близким?

Подари подписку на «Финскую газету» !

Четверг, 23 мая 2024 г.
ясно
21.2°

Влажность: 36%
Ветер: 1.86 м/с