Отправить

Результаты опроса — Почему вы работаете?
You are currently viewing Русские материалы в финских архивах: Финляндия, которую (не) потеряли
Грамота Николая I от 15.12.1834 г. о производстве капитана Карла Энкеля в подполковники

Русские материалы в финских архивах: Финляндия, которую (не) потеряли

Историк Марина Витухновская-Кауппала рассказывает о том, как финские архивы помогают восполнить пробелы в изучении истории России и финско-русских отношений.

В этом году исполняется 100 лет со дня установления дипломатических отношений между Финляндией и Россией. 31 декабря 1920 года в Москве был подписан соответствующий договор в рамках обмена ратификационными грамотами Тартуского мирного договора финляндской и советской миссиями. Двум молодым тогда государствам предстояло создавать новую историю отношений. Означало ли это, что надо забыть всю «старую» историю? И можно ли забыть сто с небольшим лет существования Великого княжества Финляндского в составе Российской империи? Возможно, кому-то и в Финляндии, и в России этого очень бы хотелось, однако данный проект обречен на неудачу. Можно издать еще один указ о «забыть всё», но память людская живет не по указам, и «русский след» в семейных историях финских граждан стереть тоже не получится.


Историк, доцент Хельсинкского университета Марина Витухновская-Кауппала уже не одно десятилетие занимается историей Финляндией имперского периода. «Не секрет, что многие представители финской элиты были тесно связаны с Россией. Например, офицерство, и Карл Маннергейм как пример такой связи, наиболее известный в России, но далеко не единственный из финнов, – рассказывает Марина Витухновская. – Сотни офицеров, закончив учебу в Финляндском кадетском корпусе в Фридрихсгаме, отправлялись служить в императорскую армию, поскольку для них это был единственный способ построить военную карьеру и подняться вверх по социальной лестнице». 

В последние несколько лет история одной из таких семей финской военной элиты стала для Марины Витухновской объектом ее научного интереса. Среди представителей рода Энкелей – основатель военной династии подполковник Карл Густав Энкель, его сыновья генерал-майор Николай Энкель и генерал от инфантерии Карл Карлович Энкель, сыновья Карла Карловича Оскар Энкель (сначала полковник Главного управления Генерального штаба императорской армии, а потом начальник Генерального штаба вооруженных сил Финляндии) и Карл Энкель (также выпускник кадетского корпуса, ставший впоследствии министром иностранных дел Финляндии).

Материалы Национального архива

В Национальном архиве Финляндии представлен огромный массив материалов, касающихся семьи финских шведов Энкелей и, в частности, генерала Карла Карловича Энкеля. «Карл Энкель, получив образование в кадетском корпусе во Фридрихсгаме, служил в Астрахани, в Москве, участвовал в подавлении восстания в Польше, а потом довольно долго жил в Петербурге и служил в Генеральном штабе, где за шесть лет дошел до звания полковника. Участвовал в Русско-турецкой войне, получил ранение, был отмечен наградами, жил в Петербурге, был представителем по делам финской армии при военном министре и, наконец, в звании генерал-майора вернулся в Финляндию, где был назначен директором кадетского училища. Кстати, именно Карл Энгель в 1886 году исключил из вверенного ему училища кадета Карла Маннергейма – за самовольную отлучку. Впрочем, это не помешало им впоследствии очень хорошо относиться друг к другу».

Среди материалов коллекции Карла Энкеля в Национальном архиве Финляндии – его воспоминания, в том числе о русско-турецкой войне (на шведском языке), переписка с женой (на русском), обширная переписка с сыновьями (на шведском и русском языках) и с другими членами семьи. «Это гигантский массив материалов, который дает представление не только и не столько об истории одной семьи, сколько об этом национальном офицерском слое русской армии а, с другой стороны, даёт возможность исследовать малоизученную, но очень важную социальную  и профессиональную страту Российской империи. Одним из принципов выстраивания российской имперской политики было формирование элиты империи путем «впитывания», симбиоза разных национальных элит. И финны тоже были частью этой русской элиты, Да, они вполне успешно служили в императорской армии, многие из них плохо знали финский язык (во всяком случае, русский язык они знали намного лучше), но, когда империя распалась и они должны были выбирать свою идентичность, когда им надо было от чего-то отказываться и чему-то присягать, большая их часть выбрала Финляндию. Причин было много: ярый антибольшевизм, тесные семейные связи, ярко выраженное чувство малой родины. Но и служа новой, независимой Финляндии, многие из них ещё долго ощущали себя частью русского офицерства, — так, например, характеризует профессор Хенрик Мейнандер мироощущение Густава Маннергейма в первые послереволюционные годы.

Наглядным примером такого выбора может быть судьба Оскара Энкеля, младшего сына Карла Карловича Энкеля. Накануне первой мировой войны полковник Оскар Энкель руководил Особым делопроизводством (разведки и контрразведки) в Главном управлении Генерального штаба российской армии, то есть в его руках были, так сказать, все военные секреты империи. Но в 1919 году он вернулся в Финляндию и стал одним из первых начальников Генерального штаба только что созданной армии молодой независимой республики.

Между жерновов истории

Трагизм истории в том, что в независимой Финляндии представители «старой» военной элиты в глазах новой финской национализирующейся военной элиты из числа вернувшихся из Германии егерей выглядели лицами неблагонадежными, слишком связанными даже не столько с большевистской Россией, сколько с Россией вообще. Тот же Оскар Энкель, который в 1919 году начал строительство укреплений на Карельском перешейке, в 1921 году был членом финской делегации на переговорах о статусе Аландских островов, уже в 1924 году был вынужден уйти в отставку и в свои 46 лет стал, как пишет о нем Марина в своей книге, над которой она сейчас работает, «безработным генерал-лейтенантом»: «Он просто не мог найти как и чем жить, при всем обилии имевшихся у него связей, опыта и знаний».

«Эти люди, которые сто лет назад оказались между жерновов истории, которые были свидетелями того, как распадалась империя и уходила целая эпоха, предлагают нам один из возможных вариантов поведения, выбора судьбы в переломный исторический момент, – подчеркивает Марина, – и спасибо финским архивам, что они дают нам возможность узнать об этих людях, об их мыслях и поисках верного пути».

К сожалению, «переломный исторический момент» случается в России довольно часто, так что опыт финского офицерства, похоже, еще долго не утратит своей актуальности.

Семейные архивы не единственный источник материалов для изучения истории Финляндии имперского периода. Есть еще и богатейший архив канцелярии финляндского генерал-губернатора, где представлена, например, переписка генерал-губернаторов со Столыпиным с резолюциями императора, и архив статс-секретаря по делам Финляндии. Имеющиеся там материалы бесценны для изучения опять же не только истории Финляндии, но и истории Российской империи, например, с точки зрения выстраивания отношений между империей и окраиной, понимания того, как русская политическая элита воспринимала национальные регионы страны, как эти взгляды трансформировались и как транслировались в ту же Финляндию.

«С моей точки зрения, это интереснейшая часть финских архивов, которой сейчас мало кто занимается. Отчасти потому, что среди финских историков не так много специалистов, хорошо владеющих русским языком, а без этого разобраться в рукописных материалах столетней давности, да и в той же прессе начала прошлого века, довольно сложно», – говорит Марина Витухновская.

Работа в архиве может увлеч и молодых

Кстати, вот неплохая наводка для русскоязычной молодежи, озабоченной выбором профессии! Работа в архивах – это возможность услышать живой голос эпохи, говорит Марина, и, что гораздо более важно, если мы говорим о дне сегодняшнем, это возможность донести этот голос до современных политиков. А тем же Оскару и его брату Карлу Энкелю есть что сказать о том, как, например, надо выстраивать отношения между Финляндией и Россией.

Примечательно, что при всем своем неоднозначном отношении к России, при том, что одни в Финляндии считали их «слишком русскими», а другие в СССР «слишком антирусскими», Оскар Энкель (в Зимнюю войну занимавшийся вопросами иностранных добровольцев в финской армии) и Карл Энкель (министр иностранных дел Финляндии) были членами финской делегации на подписании Московского перемирия в 1944 году, а Карл Энкель входил также в состав делегации на подписании Парижского мирного договора в 1947 году. И Карл, и Оскар Энкели входили в финскую делегацию по подготовке Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи Финляндии и СССР, заключённого в 1948 году.

Оскар Энкель умер в 1960 году и похоронен в Хельсинки на православном кладбище в Хиетаниеми. На этом кладбище в 1950 году он похоронил свою православную жену, Надежду Александровну, и тогда же завещал похоронить себя рядом с нею.  Он и был похоронен рядом с нею, в окружении русских, православных финляндцев — Оскар Энкель, бывший полковник императорской армии, чья подпись стоит стоит под Московским перемирием, принесшим в Финляндию мир, но забравшем часть территорий. И в этом тоже есть некий мистический символизм: посвятив всю жизнь служению Финляндии, найти свой последний покой в окружении «все той же» русской элиты, к которой когда-то принадлежал.   

«Это были люди, которые умели анализировать, примиряться к самым тяжелым ситуациям и оставаться в рамках того, что сейчас называют «реальной политикой». Они умели отодвинуть в сторону свои собственные эмоции, посмотреть правде в глаза и примирять непримиримое – во имя общего блага. Качество, которого, по моему мнению, остро не хватает многим современным политикам».  

Наталья Михайлова